«ДворникЪ — работник и сторож
при всяком домъ»
(Словарь В. Даля)
Выбор публикаций
Поиск по сайту
 

Рассылка 
Укажите тип рассылки:
Укажите ваш e-mail:

 

Дворник № 1094 
Экономика кладбища
Экономика кладбища
В 2016 году в Калининградской области умерли более 12 тысяч человек. На калининградскую агломерацию (областной центр и окрестности) пришлось примерно 70 % смертей. При этом на территории городских кладбищ было похоронено меньше четверти ушедших из жизни.

Рынок двух Олегов

В основе стоимости похорон в Калининграде лежит земля. При этом вне зависимости от того, есть ли у компании «своё» кладбище или нет, стоимость похорон меньше не становится. Скорее, у игрока со своим кладбищем формируются дополнительные доходы. В этом мнении сходятся все опрошенные участники ритуального рынка.
«В Калининградской области ежегодно умирает примерно 12 тысяч человек. Умножьте эту усредненную цифру на 10 тыс. руб., это средняя цена копки могил. И вы получите 120 млн руб. ежегодно, которые входят в оборот только как плата за эту часть работы. Можете прибавить таинственную услугу «выбор места», которая также не регламентирована ни в одном официальном документе, вот еще около “сотки” миллионов. Затем – резервирование места, которое тоже существует только для клиента, не для официальной отчетности. И вы получите очень усредненно, что годовой оборот кладбища в Калининграде на этих трёх “услугах” – под 300 млн руб. в год. Это то, что с людей, столкнувшихся с горем, могли и не брать», – так оценивает основу «кладбищенского оборота» в областном центре владелец первого калининградского ритуального агентства «Есения» Олег Мирошниченко.
Сейчас у его компании нет «своего» кладбища, хотя подобный заход связанные с «Есенией» структуры предпринимали в середине «нулевых». Как рассказывает Мирошниченко, из собственных средств он вложил в обустройство инфраструктуры общественного кладбища в посёлке Переславское более двух миллионов рублей. Но вмешательство прокуратуры и политические интриги внутри местного совета депутатов поставили крест на этом проекте «Есении».
Все городские кладбища контролирует муниципальное предприятие «Альта», вокруг которого выстроена целая сеть частных “сервисных” компаний. Формально ритуальщики с главой муниципального предприятия не связаны, но игроки рынка убеждены, что неформальные связи есть. Принято считать, что между структурами «Есении» и муниципальным предприятием Олега Быкова существует негласный паритет. В этом году свою долю Олег Мирошниченко оценивает в 40 %. При этом участники не исключают появления на рынке и третьего игрока. Потенциального интересанта связывают с гурьевским сообществом.
Кроме выбора и резервирования места среди «земельных» услуг кладбищ фигурирует также «подхоронка»: стоимость помещения праха в семейное захоронение или на то же место, где более 35 лет назад были похоронены родственники умершего. На калининградских кладбищах это стоит еще 10,1 тыс. руб.
Цифра в 10 тыс. руб. за рытье могилы неоднократно фигурировала в СМИ и подтверждается свидетельствами и участников рынка, и их клиентов. Сумма оплачивается как правило наличными и распределяется или внутри бригад кладбищенских работников, или – как предполагают знакомые с ситуацией источники – идёт непосредственно в кассу муниципального предприятия «Альта». «Факт в том, что дальше эти деньги распределяет уже руководитель предприятия, на развитие или на собственные нужды», – рассуждает источник в похоронной отрасли.
Значительная доля в стоимости похорон приходится на неофициальные платежи, которые традиционно «зашиваются» в стоимость стандартных и необходимых услуг. Покупка информации об адресах родственников усопшего в медицинских учреждениях и правоохранительных органах, взятки сотрудникам ЗАГСов и моргов – расширение этого списка зависит прежде всего от изобретательности конкретного ритуального агента и финансовых возможностей заказчика.
«Выбор места – 8250 руб., это деньги для кладбища. Дальше пошел мой собственный заработок. Взял за оформление документов 3 тысячи, одна идёт на взятки. Катафалк: стоит три, я пишу 5500. Подсобные рабочие, стоят 500, я пишу - 1500. Морг - на самом деле 3500, я пишу 5000. Итого мой заработок - 13300. Это средние похороны, средняя формула средней цены», – рассказывает один из агентов, работающий как индивидуальный предприниматель. Средний ценник для клиента он оценивает в 30-35 тыс. руб.
Директор «Есении» приводит почти такие же оценки средней цены. Но предлагает другую формулу её расчета. «Плана по заработку у агента, если он работает официально, быть не может. Вопрос стоит не в том, чтобы заработать больше. Агенты работают на проценте, и не надо сравнивать это с магазином или еще чем-то. Я понимаю, что у людей сложился стереотип, что нам нужно только хапать и хапать. Здесь подход другой: мне есть чем заняться, кроме похорон. (Семье Олега Мирошниченко принадлежит несколько тематических журналов, его собственная гордость – музей и магазин массандровских вин. – Прим. авт.). Нет, у каждого агента есть одна задача: за сколько люди могут, за столько и хоронят. Никто никого не кошмарит, поскольку в этом нет необходимости. У меня нет кладбища, я не могу поставить людей в условия, чтобы они брали кредиты. У нас средний ценник – 25-30 тыс. руб.», – рассказывает Олег Мирошниченко.
Его конкуренты полагают, что автор первого частного похоронного бюро в регионе занижает цену на свои услуги в 1,5 раза.
В официальные квитанции муниципальных ритуальщиков обычно попадает общая финальная сумма, которая может разниться от 15 тыс. руб. до полутора сотен тысяч – в зависимости от запросов и платежеспособности клиентов.

Кризис пришел на кладбище
Похорон с большими бюджетами в городе год от года становится меньше, отмечают предприниматели. В тренде – дешевые похороны или полный отказ родственников заниматься устроением проводов своего близкого в последний путь.
«За последние три года количество дешевых похорон выросло до 25 %, нынешний кризис пострашнее 2008 года: раньше не имеющих возможности похоронить за семейный счет было процентов 5-10, сейчас каждый четвертый раз приходится уговаривать родных не отказываться проводить близкого по-человечески», – отмечает Мирошниченко.
На вопрос о том, сколько зарабатывает «Есения» или отдельный агент, директор отвечает уклончиво: напишите любую сумму, и это будет правдой за какой-нибудь год.
«Конечно, у нас есть прибыль, есть разница между своими расходами на погребение и доходами. Но за последние 5 лет мы не подняли цены ни на что, а цены на кладбище повышаются раз в полгода, хотя в технологии рытья могил ничего не меняется. Нет никаких внутренних правил, установленных законом или внутренним регламентом о том, какой может быть маржа у ритуального агентства, – констатирует директор «Есении». – Есть только совесть».

География похорон
У Калининграда есть три муниципальных кладбища: «Старое» на проспекте Мира, «Новое» на Балтийском шоссе и «Сазоновка». Из них первые два считаются официально закрытыми, то есть захоронения на них возможны только в родственные могилы. Как утверждают очевидцы, это правило часто нарушается.
Вопреки распространенному мнению, функции по предоставлению места на кладбище в Калининграде возложены не на муниципальное предприятие «Альта», а на муниципальное казенное учреждение «Калининградская служба заказчика». Оно ведет базу данных захоронений, согласовывает «подхоронки» и захоронения вообще. Формальное отделение этих полномочий произошло в 2011 году, раньше, с момента создания в 1991 году «Альта» работала как единый оператор кладбищ и служба по вопросам похоронного дела.
Сейчас предприятие, возглавляемое Олегом Быковым, продолжает выполнять эти же функции. Только полномочия по содержанию мест захоронения ей делегируются в рамках муниципального контракта, который обновляется ежегодно. На практике же это означает, что «Альта» как ритуальное агентство имеет преимущественный доступ к кладбищенской земле. И, как оценивают участники рынка, вне зависимости от того, какой компании родственники доверяют погребение своего близкого, если оно происходит на муниципальном кладбище Калининграда, свои 10-20 тыс. руб. «Альта» должна получать.
«В Калининграде это [реально] стоит 10 тыс. руб. В Гурьевске будет стоить – 14,3 тыс. руб. Эти деньги идут заработную плату копателям и обслуживающему персоналу, в меньшей степени на “развитие” там, где оно есть», – комментирует один из источников в ритуальной отрасли.
То ли из-за административной путаницы, то ли из желания скрыть количество свежих могил на «закрытых» кладбищах, в администрации Калининграда не стали отвечать по существу на вопрос о том, какое количество захоронений было сделано на каждом из муниципальных кладбищ областного центра в 2016 году. Но предоставили информацию об общем количестве захоронений за все годы их существования.
Так, на «Сазоновке», наиболее растущем городском кладбище, за 16 лет его работы было похоронено 27,7 тыс. человек. По приблизительным оценкам, это означает 2,3 тыс. захоронений ежегодно. В реальности эта цифра заметно меньше, отмечают участники рынка: кладбище вблизи посёлка Авангардное в Гурьевском городском округе проигрывает другим в части благоустройства и остаётся местом для дешевых похорон. Даже базовая ставка «подхоронки» на этом кладбище ниже, чем на «старом» и «новом» калининградских - 9,2 тыс. руб. Здесь же захоранивают людей, от организации похорон которых отказались их близкие, останки гражданского и военного населения, которые находят в процессе раскопок в Калининграде.
Большим спросом в последние годы стали пользоваться похороны на кладбищах Гурьевского городского округа и небольшие места погребения за пределами калининградской агломерации – в Зеленоградске, Балтийске, Холмогоровке. Так, на «Цветковском» в Гурьевском городском округе, по оценкам одного из учредителей контролирующего кладбище предприятий, в месяц проводится 120-150 похорон, то есть порядка 1440 захоронений ежегодно.
Организация ритуальных услуг и содержание мест захоронения относятся к вопросам муниципального значения. Поэтому в областном правительстве затруднились дать ответ о том, сколько в Калининградской области действующих кладбищ.
В общем виде характерная для региона схема управления местами захоронения выглядит следующим образом: местная администрация создает специальное учреждение, предприятие или службу, относящееся к сфере ЖКХ, на которой лежит обязанность по предоставлению мест на кладбище и его содержанию, постановке на учет в соответствии с действующими требованиями земельного кодекса и так далее.
Учреждение в рамках конкурса или на других условиях передает функции по обслуживанию (не по выдаче мест) кладбища частному юридическому лицу, которое параллельно само или через связанные юрлица предоставляет ритуальные и сопутствующие услуги населению на коммерческой основе. К примеру, оператор кладбища в Цветково ООО «Межмуниципальное универсальное предприятие «Цветковское кладбище» Юрия Костылёва, Андрея Оноприенко и Дмитрия Городецкого формально специализируется на изготовлении и установке надгробных памятников. Соответственно, заказ соответствующей услуги у компании в отдельных договорах выступает условием проведения погребения на территории кладбища. Ценник на сам памятник, согласно представленным на кладбище образцам, начинается от 13 тыс. руб.

В самом Гурьевске проходит процесс, который можно было бы назвать «муниципальной кладбищенской реформой». В муниципалитете с 2002 года существует муниципальное унитарное предприятие «Спецбюро Гурьевского района». Оно, в частности, было недавно оштрафовано на 400 тыс. руб. в связи с работой Цветковского кладбища. Однако, как отмечают знакомые с ситуацией источники, фактически управлением общественными кладбищами в округе занимался частный «двойник» этого МУПа – АО «МУП Спецбюро Гурьевского района». Эта компания в свою очередь была учреждена при участии управления муниципального имущества администрации района, также в списке учредителей – Юрий Костылев и Андрей Оноприенко (совладельцы “Цветковского кладбища”), а также Виктор Шашков – экс-депутат гурьевского совета и Шавкат Гулямов. Виктора Шашкова позиционировали как руководителя МУП и в официальных публикациях гурьевской администрации.
В конце прошлого года администрация Гурьевска решила учредить еще одну организацию для присмотра за своими кладбищами. На этот раз – муниципальное автономное учреждение «Ритуал-Сервис» (его директор - предприниматель Андрей Мациевский). Как следует из официального комментария гурьевских властей, в будущем это МАУ должно принять на содержание кладбища муниципалитета. Теоретически это означает попытку «вытеснения» команды Шашкова с территории, в том числе, популярного кладбища в Цветково.
Практически одновременно с этими действиями администрации учредители «муниципального двойника» создали третью фирму, которая также может маскироваться под «МУП Спецбюро Гурьевского района» – общество с ограниченной ответственностью ОАО «МУП Спецбюро Гурьевского района». Причем одним из учредителей фирмы на момент её создания выступило ООО «Форум» - сельскохозяйственная по профилю компания, 50 % которой принадлежат экс-депутату горсовета Калининграда Олегу Шкилю. В ноябре 2016 года “Форум” вышел из числа учредителей компании.

Неуловимый крематорий
Кремация снижает средний ценник похорон, поскольку исключает обязательные расходы «на землю». Урну с прахом можно подхоронить самостоятельно или хранить дома, уведомлять об этом официальные власти семья умершего не обязана.
Своего крематория в Калининградской области нет, тем не менее услугу по кремированию предлагают все похоронные бюро. На одном сайте «Альты» приводится цена услуги 39500 с доставкой урны на дом, на другом, где опубликован прайс предприятия, стоимость услуги не указана.
Работавшие с подобными заказами агенты рассказывают, что при сегодняшней логистике: тело покойного должно быть доставлено в крематорий Минска или Санкт-Петербурга и затем – в виде праха возвращено в область, клиент платит за кремацию 65 тыс. руб. На то, чтобы провести эту процедуру официально, желающих находится сравнительно немного – около 100 человек в год.

Особняком стоят те клиенты, которые соглашаются на кремацию умершего родственника в мобильном крематории. Эту услугу на территории области предлагает ритуальное агентство «Есения». Кремация рекламируется на сайте по цене 15 тыс. руб. (только за сожжение). В сопроводительном тексте компания сообщает, что получила все необходимые документы и урегулировала юридические вопросы. Однако до настоящего времени единственным опубликованным документом, определяющим судьбу калининградского мобильного крематория ООО «Олирис» (принадлежит Олегу Мирошниченко и Ирине Соболевой), является определение коллегии по гражданским делам Областного суда. В 2014 году она оставила в силе решение суда Центрального района о запрете использования печи внутри грузового автомобиля для кремации людских останков. Правда, по данным RUGRAD.EU, судебное решение фактически не исполнено до настоящего времени в связи с тем, что судебным приставам так и не удалось найти месторасположение крематория: он мобильный и часто перемещается.
Конкуренты «Есении» утверждают, что мобильная печь «ломает рынок». Но 15 тыс. руб., указанные на сайте “Есении”, называют явно заниженной ценой для привлечения клиентов.
На протяжении нескольких лет руководство МП «Альта» в комментариях для прессы в качестве альтернативы мобильному крематорию «Есении» называло строительство стационарного. Появление этого объекта запланировано в Генеральном плане Калининграда до 2035 года вблизи посёлка Прегольский. Конкретных шагов по реализации проекта, впрочем, пока не сделано.
«Был разработан проект, рабочая документация, и даже планировалось его строить. Место выделили в районе завода «Янтарь», но там общественность не захотела. У нас были заключены соглашения о том, что они нам поставят оборудование. Они выступали в качестве инвесторов в большей части работ, но в связи с политической обстановкой в 2015 году наши все проекты свернулись», — заявлял в апреле глава МУП «Альта» Олег Быков.

Мария ПУСТОВАЯ


Комментарий:
Автор комментария*


Комментарий*
CAPTCHA
Введите слово с картинки*:


Объявления
© 1999-2009 Создание сайта: интернет-агентство CursorMedia