«ДворникЪ — работник и сторож
при всяком домъ»
(Словарь В. Даля)
Выбор публикаций
Поиск по сайту
 

Рассылка 
Укажите тип рассылки:
Укажите ваш e-mail:

 

Дворник № 684 (30.06.2009 - 06.07.2009)
РАЗРАБОТКА ПЫТКОЙ
РАЗРАБОТКА ПЫТКОЙ
ДВ

Уголовный розыск за чистоту русского языка: об этом вам не расскажут в «Дежурной части» и «Особом патруле»
Они есть во всех райотделах милиции. Широкой публике они больше известны как «обезьянники». Их официальное название - камеры для административных задержанных. Сокращённо - КАЗ. Их устройство и порядок пребывания в них регулируются многочисленными приказами, инструкциями, санитарными нормами, правилами и другими документами. Но, как утверждают калининградские адвокаты, ни один «обезьянник» ни в одном райотделе милиции никаким нормам и правилам не соответствует.
Калининградскую милицию такое положение дел, очевидно, вполне устраивает. Наряду с задержанием за «нецензурную ругань в общественном месте» помещение гражданина в «обезьянник» стало излюбленным методом получения признательных показаний.
О том, как это делается на практике, рассказывает Дмитрий А., задержанный сотрудниками Московского РОВД Калининграда около двух месяцев назад:

...У меня - грузовик-самосвал с манипулятором. Я и водитель, и оператор манипулятора, а иногда и грузчик. Два месяца назад мне позвонил мужчина. Сказал, что звонит от моих знакомых, и попросил забрать на металлолом две старые машины. Машины древние, проржавели, стояли возле каких-то лавочек и мешали людям отдыхать. Я приехал с грузчиками и машины эти забрал. Машины - это очень условно. Номера железные ещё, серия КЛА, без номера региона и значка «RUS». Гнилая резина — даже не на всех колёсах. Сверху - толстый слой грязи, внутри - тоже грязь и пустые бутылки. Потом выяснится, что информации о прохождении этими «транспортными средствами» техосмотра в ГИБДД нет. Десять лет уже нет.
Я вместе с грузчиками забрал эти машины. Металлический лом всё-таки. Когда я приехал на базу, на улицу Краснокаменную, ко мне подошли двое в штатском. Потом ещё двое в форме сотрудников ГАИ. Сказали, что я поеду с ними в московский райотдел милиции и что я украл эти две машины. Мне не дали переодеться, забрали права. Я успел сделать один звонок родственнику, сказал, что меня везут в отдел. После этого у меня забрали и мобильник.
В отделе со мной начали «работать». Мне говорили: ты попал, ты украл, ты сядешь... Выяснилось даже, что кто-то заснял на видео мобильного телефона то, как я вместе с грузчиками гружу эти машины. Потом сотрудники сказали, что если я напишу явку с повинной, то они меня сразу отпустят домой. И ещё, что срок я получу условный. И что это - единственный выход. Под их диктовку я написал явку с повинной. Мне надо было домой. У меня двое детей. Старшему ребёнку - пять лет, младшему тогда исполнилось два месяца.
Но домой меня не отпустили. Отвели в КАЗ и сказали, что «вопрос сейчас решится». Вопрос «решался» чуть меньше суток. КАЗ, в котором я сидел, это помещение размером примерно три метра на два. Тусклое освещение. По краям - деревянные стеллажи. Вонь страшная. Стены грязные в надписях и затушенных «бычках». Я знаю, что свободные камеры были, но в нашем КАЗе вместе со мной сидело десять человек. Самые разные люди. Судя по разговорам, бывшие уголовники с татуировками, а также вшивые и блохастые бомжи. В камере можно было только лежать или стоять. Стеллажи так устроены, что долго на них не посидишь - ноги свисают и оттекают. Лежат на стеллажах по очереди. Грязь страшная. На полу - пустые бутылки и огрызки старых передач. В камере нет туалета. Чтобы выйти в туалет, надо стучать в дверь камеры. Если стучать сильно, охрана говорит: будешь ещё так стучать, вообще выводить не будем. Если стучать тихо, они могут и не услышать. Вывести могут и через час, и через два после того, как ты стучал в дверь. Могут одного, а могут «по-быстренькому» сразу всех. В туалете вонь ещё сильнее, чем в камере, и нет двери. В КАЗах не кормят и не дают воды. К счастью, родственники передали мне продуктовую передачу.
Официально меня задержали за то, что я на улице Дзержинского ругался матом и не реагировал на замечания милиции и прохожих. Официально этому стали свидетелями два опера из уголовного розыска, Запорин и Шалимов, которые и написали на меня рапорта. Получается, что я, проезжая по Дзержинского, ругался в машине матом. Запорин и Шалимов это услышали, привлекли сотрудников ГАИ и начали меня преследовать. После чего они меня выследили и задержали.
По просьбе милиционеров я признался, что был в плохом настроении и ругался матом. И подписал протоколы об административном правонарушении. Мне домой надо было.
На следующий день меня вызвали к начальнику. Сказали, что приходила моя жена и что она кричала на всех, и чтобы я её успокоил. Интересно, как я мог успокоить жену, сидя в КАЗе? Потом жена мне расскажет, что ни на кого она не кричала. Просто пришла и спросила, где я и за что меня взяли. На неё накричали, она заплакала и ушла. И позвонила адвокату. Меня отпустили после того, как в отдел приехал Иван Иванович, адвокат.
Я не могу описать словами, что чувствует человек, которого неожиданно выпустили из КАЗа. Это как из ада вернуться...
ДВ

КОММЕНТАРИЙ
Адвокат Иван КАВУН:
- В данной истории «объяснение» сотрудников милиции, что в случае написания явки с повинной мой клиент получит условный срок, - просто уловка. Это та самая ситуация, когда «чистосердечное признание облегчает участь и увеличивает срок». Тем более что я уверен в невиновности своего клиента. Сейчас мы отказались от явки с повинной. Уголовное дело, возбуждённое против моего клиента, расследуется очень вяло. Последнее и единственное следственное действие по этому делу было месяц назад. Я думаю, что в милиции не знают, как это дело закрыть. Поэтому нам и предлагают признать хоть что-нибудь, и дело против моего клиента будет закрыто за «деятельным раскаянием». Есть у них такие возможности. Тем более что «галочка» за раскрытие уголовного дела в этом случае будет поставлена всё равно. Но зачем судимость невиновному человеку? Что касается административного материала по нецензурной брани, то по этому материалу вообще никто никаких действий не предпринимал. Кстати, все сроки прошли.
Вообще в КАЗах должна быть вентиляция, должны поить, кормить, соблюдать температурный режим, освещение должно быть не менее 50 люксов, в туалет должны выводить. Ведь в этих камерах находятся граждане, не признанные судом виновными в каком-либо правонарушении. Но кто все эти нормы и правила соблюдает? В Калининградской области - никто. Более того, задержание по сфальсифицированным протоколам за административные правонарушения в Калининградской области уже стало системой. Вначале человека «закрывают» за, например, мат, а потом с ним в камере уже начинают работать. Думаю, что около 95% всех административно задержанных в райотделах милиции на самом деле - подозреваемые по уголовным преступлениям.
Один из моих клиентов, уже осужденный Макеев, доказал, что КАЗы и другие места временного содержания задержанных и арестованных в Калининградской области не соответствуют санитарным нормам. И обратился в Европейский суд по правам человека. По европейским юридическим стандартам, содержание в таких условиях является бесчеловечным обращением и приравнивается к пыткам. Кстати, в Страсбурге эту жалобу приняли к рассмотрению.



Читайте также в этом выпуске (№ 684):

Комментарий:
Автор комментария*


Комментарий*
CAPTCHA
Введите слово с картинки*:


Объявления
© 1999-2009 Создание сайта: интернет-агентство CursorMedia