«ДворникЪ — работник и сторож
при всяком домъ»
(Словарь В. Даля)
Выбор публикаций
Поиск по сайту
 

Рассылка 
Укажите тип рассылки:
Укажите ваш e-mail:

 

Дворник № 946 (07.10.2014 - 17.10.2014)
Поэтика города
Поэтика города


Интервью с Никитой Явейном, руководителем «Студии 44» (Санкт-Петербург), победившей в конкурсе на разработку концепции по планировке центральной части Калининграда*


- Вы в одном интервью говорили, что ваше архитектурное бюро регулярно занимается участием в конкурсах. В «Сердце города» вас заинтересовала премия в три миллиона рублей?
- Да нет (смеётся). Я думаю, что с 3 миллионами рублей мы как раз в нули выйдем, в лучшем случае. Тут было несколько моментов: я много раз бывал в Калининграде, я как-то чувствую поэтику города. Мы еще участвовали в конкурсе на театр в Калининграде. Это лет где-то 8-9 назад было. Город мне близок. Мне было предложено стать членом жюри. Но я так подумал-подумал и отказался. Сказал: «Я, наверное, поучаствую». Да и задача мне показалась настолько сложной, что стало очень интересно.
- Организаторы про эти 3 миллиона рублей говорили, что это сумма, которая может заинтересовать «солидных людей».
- Если просуммировать все мои затраты на выполнение проекта, то они примерно равны трём миллионам. Безналичный расчёт (смеётся). То есть получается – один из восемнадцати, что ты убыток не понесёшь.
- Вам за вашу практику приходилось сталкиваться с такими заданиями, как на «Сердце города»? То есть сделать город с практически пустым центром, у которого при этом есть серьёзный исторический бэкграунд, который надо учесть и при этом сделать всё это функциональным.
- Вот это и было интересно. Был конкурс на центр Петербурга (мы его тоже выиграли), но я этим 20 лет занимался, всё время об этом думал. Тем более что 10 лет был руководителем охраны памятников в этом городе. Это была вещь понятней. То есть то, о чём ты давно думал, а потом просто взял и описал. А здесь гораздо сложнее - «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». Это и было самое интересное. Я могу сказать одно: я горжусь этим проектом, неважно, победил он или не победил. Для нас это большой шаг. Наша молодёжная команда очень сильно себя здесь проявила. Мы дня три ездили по окрестностям города, и все основные идеи тогда были наговорены. И как это всё сделано — это, конечно, большая заслуга.
- По поводу вот этого «пойди туда, не знаю куда», а вам организаторы в техзадании прописывали, что конкретно хотят? Допустим, учесть историческое наследие или, наоборот, сделать упор на современность?
- Что-то было такое написано... Но никто же не знал. Там был такой Васютин (Олег Васютин - калининградский архитектор, экспертная группа при «Сердце города». - Прим. ред.), он нас немножко сопровождал. Как я понял, он наши работы изучал довольно серьёзно. Я его попросил нас поводить по городу и спрашивал. Но я так понял, что никто не знает, чего конкретно хочет. В этом есть какая-то прелесть.
- То есть не было конкретно прописано: архитектурное бюро должно воссоздать исторический центр?
- Нет. Там такого нет.
- Но в техзадании прописывались какие-то заградительные барьеры для каких-то безумных фантазий, к примеру? Или можно было космодром на месте руин Королевского замка построить?
- Такого нет, но понятно, что это археологический памятник и зону раскопок трогать нельзя. Я же более чем опытный человек в этом деле. Я 10 лет был председателем комитета по охране памятников в Санкт-Петербурге, такое же не выкинешь. Правда, это 10 лет назад было, но это не важно (смеётся).
- Но тогда получается, что нарисовать вообще можно было что угодно.
- Нет, это несерьёзно. Фантазия - это вещь несерьёзная. Я не видел другие проекты, но считаю, что с фантазией надо поаккуратней. Когда идёт полет фантазии, то, значит, ерунда будет, это можно выкинуть. Тут должна быть именно игра с контекстом в разных его вариантах: с существующим, с погибшим, с закопанным, с разрушенным. Нам и хотелось с этим играть. Многие думают, что там идёт воссоздание. Но там нет воссоздания. Ты просто пишешь регламент. И в рамках этого регламента мы нарисовали, что там может получиться. Архитектура прописана в регламенте: определена высота, габариты домов определены, уклоны кровель, процент остекления определены. Мы это определили. А дальше мы уже, как люди со стороны, смотрим на этот регламент и проектируем. Другой, наверное, по-другому спроектирует, но разница сильной быть не может: можно кругленькие окошечки, можно длинные, а можно горизонтальные. Но их можно сделать вот столько и габарит дома должен быть примерно такой.
- А по стоимости проекта были заградительные барьеры?
- Никто не понимает, что такое стоимость. Как ты сочетаешь эту стоимость? Это же не предполагает разового осуществления. Это на много лет, в какой-то ситуации... У нашего архитектурного бюро в основном коммерческие заказы, и мы старались, чтобы это в той или иной мере было окупаемо. Я думаю, что можно найти инвесторов, которые поиграют в эту игру и с радостью будут строить. Понятно, что первые постройки будут нерентабельными, но когда среда образуется, это всё станет рентабельным.
- Это такой городок, в который, как я думаю, потянутся из Петербурга. Сейчас вся страна ездит в Петербург гулять в рестораны, и я думаю, что вы часть потока оттянете. Раньше все в Прибалтику ездили, теперь - в Петербург, я думаю, что если все это будет осуществлено, будут ездить в Калининград.
- Касаясь вашего проекта по Альтштадту, как я понял из ваших интервью, вы сами весьма скептически относитесь к симуляции исторической застройки.
- А тут нет симуляции. Здесь есть 2 момента. Первый - выкапываются исторические улицы, раскапываются похороненные там подвалы и фундаменты. Все дома, как я понял, были с подвалами. Их никто не разрушал, на 70-80% они наверняка сохранились. И на старых фундаментах по определённому регламенту строится некий дом. У него должна быть скатанная крыша и какой-то процент остекления и не должны использоваться искусственные материалы. Всё. Никакого процесса воссоздания тут как такового нет. Никто не просит орнаменты или ещё что-то.
- И тут вы попали на прицел местному архитектурному сообществу, потому что местные архитекторы ваши домики находят недостаточно историчными.
- Ну и не надо этого... Они всё равно не будут историчными, а будет пошлый новодел. Я думаю, что в Калининграде уже есть не очень удачный опыт...
- Вы Рыбную деревню сейчас имеете в виду?
- Да. Всё равно получается такая театральная постановка. Шоу. А шоу на такой территории - это невозможно.
- Одним из самых дискуссионных вопросов был вокруг восстановления Королевского замка. Вы как раз поэтому его решили не трогать? Чтобы не играть в этот новодел и шоу?
- Вообще - это запрещённые вещи: воссоздавать в таком объёме и по каким-то чертежам. Когда Екатерининский дворец какой-нибудь, то там хотя бы стены стояли, и он воссоздавался как символ, что мы войну пережили. Но говорить о том, что это подлинно, не приходится. А тут, когда вообще ничего не сохранилось... Воссоздавать какой-то муляж просто нельзя. Это хуже, чем фантазия. А потом будут говорить, что так оно и было. Это всё равно, что сожгли картину Леонардо да Винчи, а потом кто-то её нарисовал по фотографии и говорит, что это Леонардо да Винчи.
- Ещё одна тема для дискуссий — это что делать с Домом Советов? Вы его решили оставить. У многих он вызывает раздражение, у многих — одобрение. Вы считаете, что это какое-то важное наследие советского архитектурного стиля?
- Знаете, так нельзя: сначала замок снесли, потом это снесли... Это здание своего периода, оно не достроено, его надо как-то достраивать, в нём что-то есть... Ну а как это всё сносить? Хватит уже, отдохните. Это неправильно. Это памятник эпохи. Через десять лет вдруг скажут, что это здорово. Вы не исключаете такого? Нет? Зачем тогда сносить?
- Еще был важный вопрос по транспортной схеме, некоторые отмечают, что у вас весьма сложная вещь для реализации получилась.
- Её делал наш транспортный партнёр. Фактически мы хотим освободить центр от транзитного движения. Оставить там общественный транспорт, такси и воссоздать трамвай, который там всегда ходил. То есть оставить то, что обслуживает жителей и туристов. Проблемы с реализацией - это неизбежно. Может быть, она должна быть как-то откорректирована. Я думаю, что у других конкурсантов тоже были какие-то предложения... Во всяком случае, её делали профессионалы, они считали потоки, прикидывали всё это. Есть  сложности. Но вам этот «крест» всё равно надо кольцевать. Этот «крест» - это смерть. Писали, что мы там Московский проспект закапываем... Мы в проекте ничего не закапываем. Тем более, там копать нельзя, там немецкий канал, который осуществляет дренаж всего центра.
- На итоговой пресс-конференции озвучивалась такая идея, чтобы собрать из всех здравых идей один проект. Вы как к такой концепции относитесь? У вас творческой обиды нет?
- Если по-честному, это всё у Гоголя подробно описано: нос Ивана Петровича да приклеить к другому... Есть ещё такая шутка: верблюд - это коллективно спроектированная лошадь. Наверное, так можно сделать, развитие будет. Но тут всё-таки должна быть какая-то одна идеология. Если их будет несколько, то это будет просто ерунда. Должно быть что-то лидирующее. Иначе получится каша.
- По вашему мнению, ваш проект в жизнь можно от и до воплотить?
- При реализации такие проекты всегда меняются до неузнаваемости. Но мне кажется, что Альтштадт и регламенты по нему - это вполне состоявшаяся тема. Если она принимается, то её можно реализовывать поэтапно: собирать пул инвесторов и начать делать всё прочее.
- Но это не слишком дорогой проект для инвесторов получится?
- Какая-то инфраструктура должна быть на себя взята городом или страной, а дальше уже все схватятся. Но ещё раз говорю: первый - прогорит.
Алексей ЩЕГОЛЕВ  
* Впервые опубликовано на портале RUGRAD.EU  в разделе «Афиша» под заголовком «Никита Явейн: В «Сердце города» никто не знает, чего конкретно хочет».


Читайте также в этом выпуске (№ 946):

Комментарий:
Автор комментария*


Комментарий*
CAPTCHA
Введите слово с картинки*:


Объявления
© 1999-2009 Создание сайта: интернет-агентство CursorMedia