«ДворникЪ — работник и сторож
при всяком домъ»
(Словарь В. Даля)
Выбор публикаций
Поиск по сайту
 

Рассылка 
Укажите тип рассылки:
Укажите ваш e-mail:

 

Дворник № 719 (22.03.2010 - 29.03.2010)
.
Место падения не установлено

После несчастного случая, из-за неубранной от снега и льда территории, от пожилой сотрудницы БМВИ им. Адмирала Ушакова открестились все: больница выписала досрочно, работодатель посоветовал ей изучать «правила перемещения по территории института»

Накануне Нового года 70-летняя Валенина Сумина подскользнулась и ударилась головой об лёд. С сильнейшим головокружением и болями женщину доставили в больницу скорой помощи, где пациентке без её согласия сделали четыре пункции спинного мозга. А через неделю Валентину Ивановну выписали с бессонницей, рвотой, головокружением и страшными болями, женщина даже не могла ходить - сын выносил её из больницы на руках...
Последние четыре года Валентина Сумина работала официанткой в БВМИ им. Ф. Ушакова. В 7 утра 25 декабря она, как всегда, направлялась на работу, прошла через КПП, сделала несколько шагов и упала на лёд, покрывавший асфальт на территории института.
- Обледенелые дорожки были запорошены снегом и не посыпаны песком, - вспоминает Валентина Ивановна. - Я страшно ударилась спиной и головой - в ушах зазвенело, голова пошла кругом, боль жуткая. Я не могла подняться, ко мне подбежали двое курсантов, которые убирали снег, они отвели меня в медсанчасть. Там сделали какие-то уколы и вызвали «скорую».

Пять пункций
В больницу скорой помощи Валентину Ивановну доставили в сознании. Дни, проведённые в медучреждении, пенсионерка вспоминает с ужасом...
- На меня навалились два амбала, держали меня, а врачи три раза подряд делали мне пункцию спинного мозга, - со слезами вспоминает женщина. - Процедура очень болезненная, мне было страшно, я знала, что при малейшей ошибке могу остаться инвалидом. Моего разрешения на эту процедуру не спрашивали, мне не объясняли, зачем это нужно! Когда я услышала их разговор о том, что нужно делать четвёртую пункцию, я только успела закричать: «Не надо!», но было поздно - мне в спину снова всадили иглу, и я потеряла сознание.
Очнулась Сумина в палате. Потом её сыну объяснили, что это было необходимо, чтобы понять, есть ли у пациентки кровоизлияние головного мозга. Но тогда же ей сделали томографию головного мозга, которая показала, что кровоизлияния нет.
Состояние Валентины Ивановны было удручающее - женщину постоянно рвало, голова кружилась, разрывалась, в ней будто что-то горело, жгло... На второй день во время обхода лечащий врач Маркарьянц предложил Суминой сделать ещё одну пункцию. Она с ужасом сказала, что только вчера ей сделали четыре пункции! Доктор с удивлением заглянул в карточку: «А здесь ничего не написано». В результате врач пригрозил: если не согласитесь сделать пункцию, выпишем. Плачущую Валентину Ивановну успокоила соседка по палате, мол, этот доктор делает пункции хорошо, соглашайтесь.
- Я так плохо себя чувствовала, что пришлось согласиться, - вспоминает Валентина Васильевна. - Последнюю пункцию мне сделали хотя бы с наркозом. Выяснилось, что кровоизлияния нет, но всё равно я чувствовала себя ужасно. Кроме головокружений и слабости страшно болела спина, отнимались ноги.

Не спала неделю
Все эти дни Игорь, сын Валентины Ивановны, постоянно приходил в больницу, поддерживал мать. Он попытался выяснить, кто из врачей делал его маме первые пункции, но это осталось тайной - доктора не говорили.
- Накануне Нового года нас поставили перед фактом, что 2 января маму выпишут - я был возмущён! - говорит Игорь. - Её толком не лечили, не назначали никаких процедур - за всё время в больнице ей сделали две капельницы, три обезболивающих и два снотворных укола. Все эти лекарства я купил за свои деньги!
На Новый год в отделении оставалось всего несколько человек. Вместе с Валентиной Ивановной в палате лежала ещё одна женщина, которой нельзя было ходить.
- Я проводил с мамой по несколько часов в день, - рассказывает Игорь. - От болей она не спала всю неделю - снотворного хватало на 5 минут. При очередном приступе однажды я полтора часа звал медсестру, чтобы она сделала ей обезболивающий укол. Она пришла только тогда, когда маму начало трясти от боли!
- Мне поставили капельницу и забыли про меня, - вспоминает Валентина Васильевна. - Лекарство закончилось, медсестру недозваться. Моя соседка по палате не выдержала и зашвырнула в дверь табуреткой... Перед выпиской ко мне подошёл врач и посоветовал потихоньку начинать ходить. Я встала и начала терять сознание, хорошо, что сын успел меня подхватить.
2 января Валентину Ивановну выписали в таком состоянии, что сыну пришлось нести её на руках. В выписке указали, что состояние Суминой «удовлетворительное».
- Среди персонала больницы внимательных и доброжелательных людей - единицы, - говорят в один голос мама и сын. - Общее впечатление от БСМП удручающее...

Неврологи отдыхают
Сразу после выписки Суминой велели вызвать на дом невролога из районной поликлиники. Однако были праздники, и в поликлиниках дежурного невролога не было. Суминой было так плохо, что в день выписки ей пришлось вызывать бригаду «скорой». У неё продолжалась страшная рвота, разрывающие головные боли, болела спина, подкашивались ноги.
Через знакомых медиков Игорю удалось найти профильного врача, который согласился приехать и проконсультировать маму. Невролог назначил ей капельницы и внутривенные уколы два раза в день, указал, что у неё острое состояние. Пришлось нанимать медсестру, которая приезжала дважды в день делать уколы.
Уже после праздников 11 января Сумину осмотрел невролог из поликлиники, возмущался, почему в таком тяжёлом состоянии её выписали из больницы, и рекомендовал продолжить лечение, которое назначил их знакомый врач. Больше месяца Валентина Ивановна лежала пластом, только к середине февраля её состояние улучшилось.
- Мне закрыли больничный, но работать я не могла, - продолжает Валентина Сумина. - Ноги подкашиваются, кружится голова. Я хотела взять на работе отпуск без содержания, но мне отказали. Пришлось уволиться по собственному желанию.

Правила перемещения
В отделе по охране труда института Суминой показали акт, в котором были зафиксированы показания свидетелей. Видимо, с курсантом уже «поработали», так как в документе было указано, что Сумину он не поднимал, а она сама подошла к нему и попросила, чтобы тот отвёл её в санчасть, - таким образом, то, что она упала на территории института, оказалось зафиксировано только со слов самой пострадавшей. Копию этого акта Суминой не дали. Зато ей выдали другой акт - о несчастном случае на производстве. В нём указано, что точное место её падения не установлено, и содержится рекомендация: до 10 февраля 2010 года в качестве «мероприятия по устранению причин несчастного случая» с Суминой необходимо «провести беседу по правилам перемещения по территории института».
В медицинском заключении, которое поступило в БВМИ им. Ушакова из БСМП, указано, что закрытая черепно-мозговая травма (сотрясение головного мозга и ушиб мягких тканей волосистой части головы) относится к лёгкой степени тяжести.
- Сейчас ждём справку из районной поликлиники, - говорит сын Валентины Ивановны. - БВМИ почему-то не сделало туда запрос, они ссылаются на отсутствие этой справки. Сказали принести чеки, подтверждающие затраты на лекарства (на сумму 14 тысяч рублей). Я не знаю, как будет дальше развиваться ситуация, но уже сейчас мы не согласны с формулировкой «лёгкая степень тяжести» - из-за лёгких травм люди не лежат пластом больше месяца и вынужденно не уходят с работы. Мама до сих пор очень плохо себя чувствует. Если институт откажется компенсировать нам затраты, связанные с потерей здоровья и работы мамы, то мы будем обращаться в суд.
ДВ



Читайте также в этом выпуске (№ 719):

Комментарий:
Автор комментария*


Комментарий*
CAPTCHA
Введите слово с картинки*:


Объявления
© 1999-2009 Создание сайта: интернет-агентство CursorMedia