«ДворникЪ — работник и сторож
при всяком домъ»
(Словарь В. Даля)
Выбор публикаций
Поиск по сайту
 

Рассылка 
Укажите тип рассылки:
Укажите ваш e-mail:

 

Дворник № 104 19.12.2000 - 26.12.2000
О чем молчит Балтика Сегодня она представляет опасность для 250 млн. человек
О чем молчит Балтика Сегодня она представляет опасность для 250 млн. человек
Марина Обревко

В начале третьего тысячелетия особую, можно сказать, драматическую значимость приобретает для нас, жителей Балтики, вопрос, связанный с определением угрозы для экосистемы Балтийского моря и пролива Скагеррак. Прямая и явная угроза нависла над нами в связи с окончанием сроков хранения на дне моря немецкого трофейного химического оружия, затопленного по окончании Второй мировой войны.

НЕМНОГО ИСТОРИИ

За годы Второй мировой немецкая индустрия по производству химического оружия произвела и накопила 65 тысяч тонн всевозможных отравляющих веществ, основную массу которых составлял горчичный газ, более известный под названием иприт.

Когда завершилась война, в водах Балтийского моря было затоплено около 300 тысяч тонн химического оружия. Количество это сравнимо с тем, что находится сегодня в наземных арсеналах каждой из существующих армий развитых индустриальных держав!

Затопление химического оружия около Борнхольма и в Готландской впадине осуществлялось Советским Союзом. Целиком было затоплено только 4 судна, содержащие груз химических боеприпасов в 15000 тонн, вооружение же весом в 35000 тонн было выброшено восточнее Боронхольма, 2000 тонн затопили к югу от Готланда на глубинах от 90 до 130 метров, ну а часть боеприпасов просто выбрасывалась за борт во время переходов из портов погрузки Волгаста и Пенмунде к полигонам затопления.

Затопление химического оружия в Скагерраке производилось в основном США. 34 судна общим весом в 150 000 тонн были затоплены на глубинах от 200 до 700 метров. Причем затопленные суда, изготовленные из старой доброй крупповской стали, представляют из себя в плане утечки отравляющих веществ куда меньшую опасность, нежели суда, имеющие сварные корпуса и довольно быстро подвергающиеся коррозии. Чем и когда это смертоносное скопище химического оружия может "аукнуться" для населения Балтийского побережья, сегодня с точностью не может сказать никто.

ИПРИТНЫЕ ВОДЫ, ТОКСИЧНЫЕ БЕРЕГА

Бесспорно одно, уверяют океанологи, экологи и медики: скопление отравляющих веществ на дне Балтики чревато самыми грозными и неотвратимыми последствиями. Одной глубинной бомбы, брошенной в эти воды, достаточно для того, чтобы разразилась экологическая катастрофа. Впрочем, и существующая ситуация поводов для ликования не внушает. Так, с 1946 года рыболовецкие суда занимаются донным тралением в районе острова Борнхольм, где затоплено колоссальное количество отравляющих веществ. Результат - зафиксировано 197 случаев, когда рыбаки получали химические ожоги кожи. Помимо того, что рыбаки наносят существенный ущерб своему здоровью, они нередко творят самое черное дело практически для всех обитателей балтийского побережья. Обнаружив в своем трале извлеченный со дна морского снаряд, рыбаки чаще всего, не долго думая, вышвыривают снаряд за борт. Таким образом, по акватории Балтики "рассеиваются" снаряды-мигранты, распространяющие по этой акватории отравляющие вещества.

Между тем и сам иприт - это бомба замедленного действия. Он способен накапливаться в организме человека, исподволь его разрушая, поскольку обладает мутагенным и канцерогенным воздействием. За этим мудреным термином кроется простой и жуткий смысл - разрушается генный код человека. Беда может миновать как первое, так и второе поколение тех, в чей организм проник иприт, дав знать о себе лишь в третьем или в четвертом колене вспышкой онкологических заболеваний, появлением на свет чудовищных младенцев со всевозможными патологическими отклонениями и прочими не менее жуткими последствиями.

Например, такими. Океанологи и микробиологи утверждают, что в тех местах морского дна, где имеет место утечка отравляющих веществ из затопленного химического оружия, происходит проникновение этих веществ в окружающую среду. В результате в морской воде начинаются необратимые изменения на бактериальном уровне. Вместо отмирающих "здоровых" бактерий появляются на свет новые - весьма злостные - "толерантные", по выражению ученых, к иприту, а иными словами - этот иприт пожирающие. В некоторых пробах воды, 95% микросреды оказываются восприимчивыми к иприту! В результате выстраивается весьма зловещая биоцепочка: бактерии - простейшие морские организмы - водоросли, моллюски и планктон - рыба - человек...

Причем опасность нависает не только над обитателями Балтийского побережья, но и над всеми, кто балтийскую рыбу потребляет в пищу. Что составляет примерно 250 миллионов человек. Комментарии излишни....

КОММЕРЧЕСКИЕ БУДНИ КОРАБЛЕЙ НАУКИ

Все вышеописанное, увы, не фантастическая страшилка, а реальные выводы ученых - океанологов и экологов, основанные на научных исследованиях. "Мы обязаны быть пессимистами по роду своей деятельности, - говорит директор Атлантического отделения Института океанологии имени Ширшова Вадим Пака, - чтобы досконально и окончательно знать, какова реальная степень опасности, заключенной в захоронениях химического оружия". Именно такова была цель летней научной экспедиции научно - исследовательского судна "Профессор Штокман". С 22 августа по 2 сентября экипажем выполнялись тематические исследования с целью определения угрозы экосистеме Балтийского моря в связи с наличием в ряде районов Балтики и в проливе Скагеррак затопленного химического оружия. Причем в процессе подготовки к экспедиции учеными была разработана беспрецедентная технология обследования находящихся на дне судов с маломерных плавсредств, которые на сколь угодно долгий срок могут укрепляться непосредственно над объектом наблюдения.

Жизненно важные для всех нас исследования будут продолжены. Правда, лишь в том случае, если ученым удастся "наскрести по сусекам" денег на следующую экспедицию. Как сообщил возглавляющий этот проект Вадим Пака, стоимость одних суток работы на "Штокмане" исчисляется 3 тысячами долларов, в то время как из бюджета на экспедицию было выделено 750 тысяч рублей. Эта сумма предполагает возможность заниматься научными изысканиями на "Штокмане" в течение примерно 10 суток. А если учесть, что 3-4 дня занимает переход к месту исследований, столько же обратный путь, становится ясно: срок для серьезных научных исследований - издевательски мизерный. Сюда добавим, что для следующей экспедиции нужны не "игрушечные", как охарактеризовал их Вадим Пака, аппараты, используемые летом, а пригодные для скрупулезного выполнения глубоководных работ. Абсурдность же ситуации состоит в том, что таковые имеются. Институту принадлежат 4 великолепных глубоководных аппарата, два из которых - известные всему свету "Мир - 1" и "Мир - 2", однако же... институт не имеет на них прав! Причина тривиальна - финансы, а точнее их отсутствие. Дело в том, что научно - исследовательское судно "Академик Мстислав Келдыш" постоянно занимается коммерческими рейсами, эксплуатируя при этом свои знаменитые глубоководные аппараты. Однако экипаж "Келдыша" никак не может на этих рейсах заработать сумму, необходимую для того, чтобы заняться научными изысканиями. Кстати, та же история с судном "Академик Иоффе", которое также предпринимает коммерческие рейсы, вместо ожидаемой прибыли, однако, имея одни лишь долги.

Причина, полагает Вадим Пака, в том, что экипажи научно-исследовательских судов, чувствующие себя асами в области научных изысканий, являются дилетантами на скользкой коммерческой стезе. В отличие от представителей какой-нибудь пароходной компании, занимающейся коммерцией профессионально и знающей все " ходы - выходы", моряки с "Келдыша" и "Иоффе" оказываются бессильными перед логикой любого "жучка-фрахтовщика", который на голубом глазу докажет, что "не я вам должен, а вы мне, ребята дорогие, должны". Таким образом, у научно-исследовательских судов накапливается основательная фрахтовая задолженность.

Неурядицы научно-исследовательских судов описаны мной столь дотошно, поскольку сегодня невостребованность этих чудо-кораблей науки чревата самыми драматическими последствиями. Бюджетное финансирование этих судов полностью прекращено: чиновники убеждены (или делают вид, что убеждены): раз корабли занимаются коммерцией, стало быть - и нет проблем. Между тем на сегодняшний день все страны Балтии (кроме России), имеющие морские научно - исследовательские институты, первейшей задачей считают изучение дна Балтики на предмет его безопасности. Наши же доморощенные чиновники от науки в течение многих лет считали да и сегодня считают эту задачу отнюдь не первоочередной. "В течение последних лет, - с горечью рассказывает Вадим Пака, - мы занимались исследованиями и в Антарктиде, и в тропической зоне Мирового океана - где угодно, кроме Балтики! Я 40 лет работаю в этом институте, а Балтикой стал заниматься лишь с 1993 года. Да и то потому, что дальние океанские плавания стали для института недоступны".

ЭТОГО МОЖНО ИЗБЕЖАТЬ

Между тем сложившаяся ситуация вполне преодолима. Специально оборудованное судно может нейтрализовать 10 разновидностей боеприпасов в день. А потому, считают ученые, сегодня является необходимым выполнение следующих задач:

1. Обозначение площадей затопления (запрещение якорных стоянок и рыболовства) на навигационных картах.

2. Поднятие небольших объектов, отдельно обнаруженных на поверхности морского дна.

3. Строительство специальных саркофагов для изоляции отравляющих веществ от окружающей среды.

А на дне Балтики между тем изо дня в день отсчитывают свой неумолимый срок "экологические часы". Времени остается все меньше.




Читайте также в этом выпуске (№ 104):

Комментарий:
Автор комментария*


Комментарий*
CAPTCHA
Введите слово с картинки*:


Объявления
© 1999-2009 Создание сайта: интернет-агентство CursorMedia